Пасмурный день

260 просмотров (из них сегодня 0)
Художник: Зюзин Эдуард Карпович
Техника: холст, масло
Размер: 40 х 32 см
Год: 1967
35 000 руб.image

ениальный ученик Шагала. О художнике Эдуарде Зюзине я слышал не один раз, он очень яркая личность среди московских художников 60-тых годов. Но вот однажды, в музей в Джерси-Сити, пришел коллекционер по имени Энтони Брой, который принес на экспертизу две картины, одну — известного русского живописца Пимена Орлова, бывшего крепостного художника, остаток дней своих прожившего в Италии, вторую — портрет, выполненный карандашом, на бумаге художником, подпись которого было трудно прочесть. Однако принадлежность портрета руке большого мастера, была очевидна. Энтони купил этот портрет у русского художника, проживающего в Джерси-Сити, фамилию которого он позабыл. Александр Глезер, посмотрев, мгновенно определил: – «Это графика Зюзина». По воли случая, через несколько дней, Зюзин появился в музее. Он выглядит моложе своих лет – качество присущее людям одержимым творчествам. Внешность и манеры выдавали коренного москвича. Невысокого роста, спортивного телосложения, с седой бородой и усами, живыми светлыми горящими глазами, мужчина лет семидесяти. Каждая судьба индивидуальна, но судьба Эдуарда Зюзина, поражала своей драматичностью. Эдуард родился в Москве, семья проживала на 3-й Миусовской улице, дом 6/8 квартира 3, что в районе Тверской-Ямской, в этом доме жили композиторы и артисты, рядом жили Дмитрий Шестакович, Хачатурян, композитор Свешников. Эдуард знал многих художников, дружил с Анатолием Зверевым, они вместе ходили рисовать зверей в Московский зоопарк, участвовали в неформальных выставках на Малой Грузинской, дружил с поэтом Иосифом Бродским. Эдуард вспоминает: «Моя мама была ученица Мейрхольда, подруга Зинаиды Райх, также как и Райх, она и ее сестра, моя тетя были убиты, они умерли от пыток в тюрьме КГБ. После смерти мамы, я возненавидел все в этой стране Меня с раннего детства тянуло рисовать, я учился рисовать везде, где только мог». Вообще на формирование Зюзина, как художника повлияло три человека, он называет их своими учителями. Первый – профессор Петербуржской Академии художеств, Георгий Кузьмич Кравченко, чьим наставником был Репин. Следующим учителем был Василий Ситников, у него Зюзин учился современному искусству. Это было в 60 годы. К слову, Ситников провел в лагерях более 10 лет и относился к советской власти соответственно. От Василия Ситникова Зюзин узнал о творчестве таких художников, как Фальк, Малевич, Кандинский, Пикассо, Шагал. Третьим учителем Зюзина стал Шагал. Эдуард впервые встретился с Марком Шагалом в 1973 году в Третьяковской галерее. «Шагал был в окружении поклонников. Я, молодой, нахальный, протиснулся к нему, представился и показал свою графику. Мне уже было около тридцати пяти, я был уже зрелый художник, уверенный в себе. Шагал, к великому неудовольствию всех окружающий, заинтересовался моими работами: «Чем вы это делали?» – «Шариковой ручкой». Он был поражен: «Я никогда не видел такого мастерства, такого разнообразия стилей». «Шагал предложил мне встретиться на следующий день. Говорили в основном о технике, художественном мастерстве. Я сказал ему, что его полыхающий цвет напоминает мне средневековых мастеров, Кранаха, например. Шагал засмеялся: «Вы знаете Кранаха?» Он говорил, что использует в своей технике лаки, лессировки… В первую очередь Шагал оценил мою графику, он сказал однажды такое, от чего я покраснел: «Эдик вы рисуете лучше, чем я». У вас невероятная техника. Вы сумасшедший художник в самом высоком смысле этого слова. Может быть, Вы гений. Я хотел бы посадить Вас в золотую клетку и создать все условия для работы». Вскоре от Марка Захаровича пришло письмо, в котором он приглашал меня принять участие в большой выставке в Токио, где он сам собирался выставляться. На выставку у меня было отобрано шесть работ». В 1980 году, на выставке в Токио работа Эдуарда Зюзина висела рядом с работой Марка Шагала, я листаю пожелтевшие страницы, сохранившегося у Эдуарда каталога. Однако золотая клетка Шагала обернулась для Эдуарда тюрьмой. «Шагал прислал мне приглашение в Париж. После предложения Шагала, переехать жить в Париж, жить и работать в Москве мне стало просто не возможно. «Мне делали провокации, бесконечные провокации, делали налеты на квартиру, уничтожали картины, письма, пытались убить. Затем я был арестован. В общей сложности я провел в тюрьме пять лет. Бутырская тюрьма, Матросская тишина, Троицко-Антропово под Москвой, потом принудительное лечение дали, потом больница номер 5, ты не хочешь, а тебя колют. Санитары заламывают руки, держат тебя и колют. Выжить помогало только творчество. Выжил, потому что занимался графикой Серия тюремных портретов, написанных маслом, рисунки, выполненные карандашом на бумаге, а иногда просто шариковой ручкой, поражают своей выразительностью, это портреты сокамерников преступников – убийц, мошенников, грабителей и просто воров. Эдуард уже шестнадцать лет живет в Джерси-Сити. Наш встреча происходит в музее, Эдуард останавливается возле картины Сергея Пчелинцева с фантастическим сюжетом: ночь, берег моря, буря свалила статую, выбросила на берег сказочную рыбу, огромная фантастическая бабочка, сломанная архидея, в ночном небе мерцают падающие звезды, чешуя рыбы и даже вода выписаны с величайшей любовью. –«Это настоящий художник», говорит Эдуард, рассматривая картину, -«его картины завораживают, как стихи о других планетах». Эдуард, выразительно читает свои стихи, о планете «Куно», мы ошеломленно слушаем, они звучат гениально, как и его рисунки, которые вы можете увидеть: Лучше заглянуть на сайт — контакт: www.Museum-Rus.org